Меню
Шамиев Кирилл Вячеславович
- Да, на самом деле тут много уже было сказано из того, что я хотел сказать. Я занимаюсь, напомню, гражданско-военными отношениями в России, как гражданские власти взаимодействуют с силовыми органами и наоборот в Российской Федерации. Вот, и эти поправки, особенно которые были объявлены в речи, они застали меня в Будапеште в среду, я как раз обедал, начал смотреть и расстроился. День у меня так, как бы, и ушел, до вечера я стал читать и думать о них. Из тех, что мне особенно интересны, это, наверное, впервые, я бы сказал о том, о назначении руководства силовых структур после консультации с Советом Федерации. Не совсем понятно, что за консультации такие будут. У нас как бы сейчас руководство силовых структур являются президентскими по сути структурами. Особенно после реформы 2004 года, административной реформы. Там были добавлены интересные слова в Федеральные законы. Если до этого, допустим, в Федеральном законе об обороне было написано, что там вооруженные силы что-то делают в соответствии с Конституцией, федеральными законами и «точка». То после 2004 года сделали, что ещё и с нормативными правовыми актами президента Российской Федерации. То есть с 2004 года гражданский контроль за силовыми структурами в России, ну, можно сказать, практически отсутствует. Все силовые структуры являются структурами президента, что расходится с нормами гражданского контроля. Потом, что касается последних поправок, тут есть 2 сценария с точки зрения контроля со стороны граждан в контексте Совета Федерации. Это отклонение кандидатур на должность силовых структур и парламентский контроль, парламентские слушания по проблемам развития силовых структур. Ну, об отклонении, мне кажется, тут думать даже и не надо, потому что, так как всё Федеральное Собрание полностью контролируется, и даже если это вот слово «консультация» будет как-то определено и Совету Федерации дадут полномочия по отклонению, то, по крайней мере с нынешним составом, о такой возможности думать невозможно.

То же самое, например, по поводу парламентских слушаний. Ну, если посмотреть, например, последнее событие с рядовым Шамсутдиновым, который расстрелял своих сослуживцев в Забайкалье, колоссальнейшее событие, большая проблема, никаких слушаний не было проведено. И все те представители, как в Государственной думе, так и в Совете федерации сначала пытались сказать, что это рядовой какой-то странный был, психически больной, потом, когда эту версию отыграли, стали деполитизировать и говорить: «наверное, там командир плохой, неправильный попался вот и такой ужасный случай произошел». То есть, по сути ужасное событие, но свою роль, как парламентский контроль действует, абсолютно не отыграло.

Вот потом мне кажется важным это централизация контроля за региональной прокуратурой. Там было сказано, в речи президента, это сделано, чтобы ослабить влияние местных региональных элит. Возможно. Но опять же, полная централизация, теперь за контрольно-надзорной функцией посредством централизации назначения региональных прокуроров.

Уже было сказано про местное самоуправление и публичную власть. Самое интересное, у меня есть знакомые в аналитическом центре при правительстве, некоторые из них даже члены Единой России. Они в Фейсбуке у меня в друзьях, они в публичном, знаете там можно публично поставить, чтобы все видели посты, они там говорят всякие хвалебные слова, правильно, там, Конституцию нужно менять. А потом делают для друзей. У меня есть один знакомый, эксперт по местному самоуправлению, он реально чуть ли не плачет вот в этих сообщениях и пишет только для друзей своих, что эти поправки разрушат систему местного самоуправления, сделают общий контроль управления хуже. Это один из высших чиновников, в Москве сидит. Поэтому я ссылаюсь именно на экспертов, на других людей, что это, к сожалению, может быть сделает то, что есть сейчас неформально, формальным, но все-таки нам потом с этими институтами жить.

Как мне кажется, здесь будет сделано так же, как с регионами. Что это значит: административная децентрализация, возможно даже дадут там, не знаю, местному самоуправлению, там, полицию какую-нибудь местную создавать, но фискальная и политическая централизация, никаких выборов и никаких денег. То есть у вас будет, у местного самоуправления, много полномочий, а за деньгами и за назначением, пожалуйста, к губернатору или куда-то еще, ну как было сделано с регионами.

Потом. Ну да еще многое могу говорить по поводу парламентского контроля, тут много всего, но, наверное, не буду, сокращу это. И последнее, это чисто такая, может быть личная штука, связанная с поправкой о том, что чтобы стать высшим чиновником или президентом Российской Федерации, за всю историю жизни человека, он не должен получать вида на жительство за границей. Много вопросов было связано с тем, что такое вид на жительство, моя, например, учебная виза, это, по-моему, считается разрешением на временное проживание. Но учитывая как у нас толкуют законы, и как у нас работает правоприменение, мне кажется, если какой-нибудь там, известный оппозиционный политик получал это разрешение на временное проживание, то и видом на жительство это назовут.

То есть, с точки зрения таких, идеологических моментов, или такого социального понимания этой поправки, немножко грустно, потому что я всегда думал, что иностранное образование — это хорошо для страны, для развития государства. По крайней мере, всегда смотрю на своих друзей в других странах постсоветского пространства, даже Казахстан, например, взять. Тоже авторитарная страна, но очень сильно поддерживается образование за границей, и ребята с удовольствием, даже если не получали стипендию от правительства Казахстана, едут обратно работать в органах своей власти. А здесь сейчас как бы хочется спросить, а зачем это нужно делать, если ты становишься гражданином второго сорта по мнению будущей Конституции Российской Федерации.

Вот и последнее мне кажется, что сейчас происходит, по крайней мере, понравились слова по поводу легитимности самой процедуры. Мне кажется, это наиболее важный сейчас момент, потому что, опять, вот эти поправки по сущности обсуждать можно, но непонятно, что в итоге, какой будет продукт, а то, как это организуется, по моему личному мнению абсолютно такая странная процедура, такой важный документ как конституция меняется за такой коротки срок с такими людьми, с которыми, ну не знаю, спортсмены, актеры, какие-то люди, которые первый раз открыли конституцию вот на обсуждении поправок. И мне кажется, с точки зрения заграницы, вот я сейчас живу в Будапеште, переезжаю в Вену, мне кажется, что, как бы так выразиться, с точки зрения международной легитимности есть проблемы, и как на это отреагирует, в итоге когда будут приняты поправки, правительства заграничных стран, у меня много вопросов. Может быть некоторые отреагируют хорошо, Виктор Орбан там, но другие политики, - не знаю.